Некоторые приходят не на Литургию, а к молебну или к панихиде, чтобы за своих близких помолиться. Как будто Литургия – это что-то абстрактное, не имеющее отношения к нашей с вами реальной, конкретной жизни.

А ведь это возможность встретиться, пообщаться с Господом, и возможность высказать Богу все свои нужды, помолиться о здравии и о упокоении людей, которые нам дороги!

Четыре раза Церковь молится о живых и усопших специально, особенно.

Первый раз – во время проскомидии.

Второй раз – во время «сугубой ектеньи».
Диакон прочитал Евангелие. И начинается «сугубая ектенья».

«Еще молим Ти ся о милости, жизни, мире, здравии, спасении посещении, прощении и оставлении грехов рабов Божиих…». И мы читаем списки имен.
Так вот это – самое законное время, чтобы и мы свои свитки, книжечки, синодики раскрыли и помолились о здравии наших с вами близких людей.

После этого следует ектенья заупокойная:
«Еще молимся об упокоении душ усопших рабов Божиих…», и опять диакон перечисляет имена.

Некоторые люди говорят: «Почему меня вынуждают молиться за каких-то совершенно незнакомых людей?» Когда диакон произносит имена, естественно, для большинства людей это незнакомые имена. Но дело в том, что, пока диакон поминает тех, о ком просили его молиться, мы можем помянуть и своих.

Третий раз – по окончании Евхаристического канона, когда хлеб и вино становятся Телом Христовым и Кровью; тогда священник возглашает: «Изрядно о Пресвятей, Пречистей, Преблагословенней Владычице нашей Богородице и Приснодеве Марии»!
И хор поет: «Достойно есть, яко воистину…» поется гимн в честь Богородицы.

Диакон кадит, наполняет кадильным дымом алтарь. И вот перед нами лежат раскрытые Тело и Кровь Христовы, Сам Господь, Воскресший и Преобразившийся, перед нами. Святые отцы говорили: «Когда, как не в эти минуты, когда перед нами Тело и Кровь Христовы лежат, мы можем помянуть всех, кого хотим?..»

Один известный святой, находясь в темнице, писал своим братьям, епископам: «Братья, я очень много страдаю в узах. Пожалуйста, помолитесь за меня перед раскрытыми Дарами». Он имел в виду как раз этот момент.

И, наконец, четвертый, последний, сугубый, нарочитый момент поминания. После Причащения всех верующих священник заносит Чашу в алтарь, ставит ее на престол. Диакон (как положено) или священник (как часто совершается по современной практике) берет частицы, вынутые во здравие или во упокоение душ людей, опускает их в Чашу со словами: «Отмый, Господи, грехи всех зде поминавшихся, Кровью Своей честной, молитвами святых Твоих». Считается, что даже кто не был, не присутствовал на Литургии по какой-то уважительной причине, но за кого вынута частица из просфоры, в этот день он тоже омывается Кровью, тоже приобщается ко Христу. То есть, он тоже каким-то образом участвует в Таинстве Причащения.
Священник (или диакон) опускает в Чашу частицы, а прихожане могут, со своей стороны, вознести в этот момент молитву о всех близких.

Вы можете сказать мысленно или тихо: «Отмой, Господи, грехи всех поминавшихся здесь, всех близких моих, сродников, друзей, всех, за кого я молюсь. Приобщи их к Себе, излей на них благодать, прости прегрешения и ослабь муки усопших, кто в этом нуждается. Вразуми и просвети светом богопознания и доброй жизни живых…»

священник Константин Пархоменко